Previous Entry Share Next Entry
Carthago delendam esse, или Не садись не в свои сани
Wednesday
anariel_rowen wrote in jrrtranslating
О переводе двух стихов из Ночи 67-ой "Записок клуба Мнение". В Ночи 66-ой (Вторая Часть «Записок клуба ‘Мнение’») имеется несколько стихотворений, «явившихся» Арунделу Лаудэму или сочиненных им.
Из двух древнеанглийских одно («Þus cwæð Ælfwine Wídlást Éadwines sunu») тут же переведено на новоанглийский прозой, а второе («Monath módaes lust mith meriflóda») – стихами. В переводе Радомира (http://tirion.su/Libr/Papers.htm) это стихотворение выглядит так:
Стремление духа в течениях моря
влечет меня в путь, чтоб искал я вдали
за скалами вод, величавых и древних,
Друзей эльфов остров за мира пределом.
Меня не утешат ни арфа, ни злато,
нет радости в женах, нет в мире надежды:
средь грохота волн одно лишь желанье.
Вроде как ничего (хотя «скалы вод» в качестве кеннинга для волн лично меня не устраивают).
Но то, что новоанглийский текст заявлен как перевод стихотворения, написанного на древнеанглийском языке, должно, с моей точки зрения, наводить любого переводчика Толкина на мысль о том, что в нем использовалась древнеанглийская система стихосложения – аллитеративная. Та самая, которую Толкин использовал в нескольких своих крупных («Лэ о детях Хурина») и небольших (или, скорее, недописанных) произведениях.
Суть этой системы в том, что в строке есть четыре ударных слога – «вершины», звуки первых трех из которых должны совпадать определенным образом (например, все три одинаковые, или первая и третья). Ни счета слогов, ни рифмы в классическом аллитеративном стихе нет.
И так оно и есть, если присмотреться к оригиналу. Аллитерирующие звуки выделены цветом:
My soul's desire over the sea-torrents
forth bids me fare, that I afar should seek
over the ancient water's awful mountains
Elf-friends' island in the Outer-world.
For no harp have I heart, no hand for gold,
in no wife delight, in the world no hope:
one wish only, for the waves' tumult.
Итак, Радомир попался в ту же самую ловушку, что и переводчики ВК, которые не распознали аллитерационного стиха в поэзии рохиррим.
Например, у нас есть такое коротенькое стихотворение:
Arise now, arise, Riders of Theoden!
Dire deeds awake, dark is it eastward.
Let horse be bridled, horn be sounded!
Которое в переводе Муравьева выглядит так:
Конники Теодена, конунг зовет на брань!
На кровавую сечу, в непроглядную тьму.
Снаряжайте коней, и пусть затрубят рога!
Аллитерация просматривается только в первой строке, да и та, видимо, случайно вышла.
Но вернемся к «Запискам». Под конец вечера Лаудэм исполняет такое произведение, окончившееся потасовкой с его другом Фрэнкли и одним сломанным стулом:
Fil me a cuppe of ful gode ale,
for longe I have spelled tale!
Nu wil I drinken or I ende
that Frenche men to helle wende!'
Что Радомир переводит следующим образом:
Наполни ля чаш де божественным эллем,
долгую повесть я фам поведаль!
Прежде, чем фипью, рьечь кончить я рад
тем, что франсьюзы направьятся в ад!
Снабжая следующим примечанием переводчика: «Лаудэм пытается изобразить на английском языке стиль французского средневекового менестреля. В оригинале это выглядит как франкоподобный бред, а я перевел как смог. Наверное, с теми же проблемами столкнулся бы переводчик-англичанин, попытайся он перевести на английский русскоязычную имитацию кавказского акцента…»
И вот это, pardon my French (= «извините за грубое выражение»), полный бред. Даже сверхамбициозное желание переводить один труднейших текстов Толкина вкупе с отсутствием необходимых филологических знаний как-то меркнет на фоне того, что «стиль французского средневекового менестреля» используется для того, чтобы проклясть Frenche men – французов (уж не знаю, намек ли это лишь на интересы Фрэнкли или еще и на его фамилию).
По-моему, это должно наводить на мысль об английском менестреле. И средневековом английском. Например, можно открыть какой-нибудь толковый словарь английского с этимологией и посмотреть хотя бы на слово «cup»: «Old English cuppe, from Late Latin cuppa». То есть, в русском переводе должно быть что-то вроде «Не лепо ли ны бяшет, братие, начяти старыми словесы трудных повестий о полку Игореве, Игоря Святославлича!» (желательно с соответствующей орфографией).
К чему это все? В основном к тому, что надо адекватно оценивать свои знания и навыки при выборе текста для перевода. А то ведь даже с простеньким текстом можно сесть в галошу, как в случае с «Письмами Рождественского Деда» в переводе К.Королева. И на носу себе зарубить, что без специальных знаний браться за перевод Толкина – ставить себя в глупое положение безо всякой посторонней помощи.
Завожу тэг "Carthago delendam esse", под которым выкладывать "перлы" и прочие несладухи неудчливых переводчиков.

?

Log in